Система «человек – технический прогресс. Основные понятия темы

Глава первая.

МЕСТО И РОЛЬ ЧЕЛОВЕКА

В СИСТЕМЕ

СОВРЕМЕННЫХ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНЫХ СИЛ

Неудовлетворительное состояние современной за­падной теоретической мысли отмечается теми буржу­азными исследователями, кто стал остро осознавать необходимость целостного философского подхода к проблемам человека, техники, культуры, определения их исторической перспективы. Так, известный западногерманский социолог X. Шельский пишет: «Неудиви­тельно, если со временем социолог, устав от эмпириз­ма, от вопросов, что такое невроз или что значат для общества автоматизация и средства массовой коммуникации, задастся вопросом: что же стоит за феноменами, что можно считать „общим знаменате­лем" эпохи?».

В настоящее время, когда, в условиях научно-тех­нического прогресса, проблема человека более чем когда-либо связана с его положением в сфере произво­дительных сил, можно было бы ожидать убедительно­го анализа этой проблемы от философско-социологической литературы, опирающейся на данные науки о труде. Между тем в основной массе этой литературы, преимущественно технократически ориентированной, а также публикаций в области индустриальной социологии этих лет вопрос о субъективности человека просто не ставится. Хотя бурное развертывание научно-технического прогресса и сопутствующие ему фиксируются этой литературой, в ней молчаливо (и равнодушно) предполагается, что все касающееся че­ловека остается прежним, не считать того, что роль его индивидуальной активности в производствен­ном процессе закономерно умалилась, а функции ока­зались теснее прежнего связанными с механизированной (или автоматизированной) техникой.

Констатируя как очевидный факт отказ буржуазной социологии от крупномасштабных теоретических построений, отсутствие мировоззренческой значительности, желания касаться перспектив будущего для человека в складывающихся новых условиях, Шельский отмечал: «Со спадом прогрессистского оптимизма наша мысль стала удивительно слепа в отношении будущего; сошли со сцены политические, философские, социальные и моральные утопии, если только они не рисуют кош­мары грядущего. Будущее больше не является темой больших утопий; им занимаются лишь отдельные от­расли литературы и научного знания".

Действительно, лишь немногие представители бур­жуазной индустриальной социологии продемонстрировали в своих исследованиях тенденцию к освещению новой ситуации человека, сочетая с социологическим философский, культурологический аспекты, поместив исследуемые явления в историко-культурную перспективу прошлого и будущего, в общий контекст эволю­ции труда, культуры, человеческой субъективности. Между тем без такой перспективы невозможно искать философского осмысления узловых проблем диалектики взаимодействия человека и техники, поставленных на повестку дня бурным развитием НТР. К их числу относятся: антропологические и культурные характе­ристики современного индустриального труда, автома­тизация и ее значение для человека, возросший удель­ный вес научно-технического творчества и его влияние на общество, специфика современной эпохи и отношения человечества к культурно-историческому прошло­му, как и многие другие.

Важной вехой в исследовании проблем автоматизации явилась книга «Автоматизация: ее экономические и социальные последствия», опубликованная в 1956 г. Ф. Поллоком, одним из основателей Франкфуртского института социальных исследований и наиболее видных, прогрессивных представителей школы. Книга Поллока - итог глубокого изучения автором процесса внедрения автоматики в Соединенных Штатах.

Интерес к сущностным (и далеко идущим) измене­ниям в характере человеческого труда в новых усло­виях, глубокая озабоченность возможностью при суще­ствующих социальных структурах дальнейшей его дегуманизации и одновременно упрочения социальных позиций технократии, тяготеющей к элитарности и то­талитаризму, опасность дальнейшей бюрократизации общества, милитаризации экономики - таковы основ­ные идеи книги Поллока. Поллок выступает с резкой критикой распространенной технократической позиции, согласно которой автоматизация, будучи лишь очеред­ной фазой технического развития, не представляет со­бой ничего качественно нового. Он разоблачает идеоло­гическую подоплеку аргументации, призванной дока­зать, что автоматизация не ставит новых социальных проблем и является простым продолжением капитали­стической рационализации и механизации производ­ства.

Впервые в истории, подчеркивает Поллок, челове­честву предоставляется возможность избавиться от раб­ства гнетущего труда, и не только в развитых странах, но и в относительно близком будущем во всем мире. Однако способ, каким автоматизация внедряется, под двойным давлением конкуренции и милитаризации, дает основание опасаться, что прогрессом (вдобавок, во многих отношениях проблематичным) воспользу­ется лишь технократическая верхушка, собственно «иерархия автоматики». Если автоматика станет широ­ко внедряться в условиях рыночной экономики, струк­тура общества, считает Поллок, скорее всего уподобит­ся авторитарной армейской иерархии.

Книга Поллока, в которой подытожен огромный фактический материал, от начала до конца пронизана сомнением в возможности реализовать блага, сулимые автоматизацией, в условиях анархии производства и конкуренции интересов частных предпринимателей. Поллок не исключает и того, что опасность отчуждения, свойственная наемному труду, может быть усугублена в силу самого характера автоматизации. Опыт лишенного смысла труда в конвейерной системе «ра­ционализированного производства», пишет он, наложил свою печать на всю современную жизнь; автоматиза­ция может иметь сходные последствия .

В определенных отношениях автоматизация, тре­буя особо жесткой координации и регламентации дей­ствий персонала, повышая ответственность при еще большем отчуждении от самого производственного процесса, требуя исключительного сосредоточения вни­мания (ибо задержка остановит работу колоссального комплекса), может еще больше подчинить себе челове­ка в трудовом процессе. Деперсонализация, утрата в условиях капиталистического производства смысла це­лого, который уже не улавливается теми, кто исполня­ет функции контролера и кто оказывается «вне» ги­гантского производственного механизма, гибельное для человека бездействие при небывалом напряжении внимания «в пустоте», закабаляющий, чуждый чело­веку ритм автоматизированного производства - вот черты, вызывающие откровенные опасения западных социологов.

Автоматизация усугубляет некоторые из тенденций развития, которые воспринимаются как кризисные, а именно: человек, к каким бы свойствам его - интел­лекту, творческому воображению и прочему - ни апеллиро­вала сложнейшая техника эры автоматизации, сознает себя вовлеченным в круг производства, подчиненным навязанному ритму. Между тем апеллирует она именно к этим чертам: хотя автоматическая система, под­черкивает Р. Рихта, более самобытна, чем машина, и способна в определенных условиях еще больше под­чинить себе человека, тем не менее она не предпола­гает непосредственного обслуживания массой людей; потенциально она вызывает к жизни интенсивное развитие человеческих сил, объективирует растущие требования к субъективности.

Концепция материалистического понимания истории исходит из того, что основу бытия и развития общества составляет воспроизводство человеческой жизни. Эта концепция является достаточным логическим основанием для реалистического понимания и последовательно научного познания общества, его организации и управления.

Воспроизводство человеческой жизни устанавливает исторические и логические пределы, в которых протекало, протекает и будет протекать всё многообразие форм общественной жизни всех живших и живущих людей. Оно объемлет собой все существовавшие и существующие социально-экономические формы, «загоняет» их в себя и подчиняет себе.

Воспроизводство человеческой жизни предстаёт как начало, из которого всё исходит, и как конец, к которому всё сводится, как альфа и омега отдельного человека и человечества. Оно выявляется как осознание и аксиоматизация всего исторического развития человечества и выступает обратной стороной географического, этнического, культурного, производственно-технологического, социально-экономического и т. д. и т. п. многообразия превращённых форм этого воспроизводства.

Концепция материалистического понимания истории квинтэссирует в себе результат двадцатипятистолетних поисков ответа на тайну общественной жизни, даёт ей отправной пункт и конечную цель и должна определять повседневную деятельность человека и человечества. Она сводит бесконечное многообразие явлений личной и общественной жизни к единому основанию.

До сегодняшнего дня это основание было скрыто превращёнными формами, подобно тому, как у Смита и Рикардо прибавочная стоимость выступала в превращённых формах прибыли, процента, земельной ренты. Сегодня в результате трагически обострившихся экологических, экономических, идеологических, нравственных и социальных проблем, воспроизводство человеческой жизни выступает как непосредственное основание.

Материалистическое понимание истории есть научный гуманизм, который даёт возможность переосмыслить всю историю, определить ценность мировоззренческих систем и политических доктрин под одним углом – воспроизводства человеческой жизни. Она является нормой и критерием социальной позиции и поведения человека, сословия, класса, нации. Концепция материалистического понимания истории должна лежать в основе гуманизации отношений человека к человеку и человека к природе. Нам необходимо осуществить возврат к материалистическому пониманию истории в его исходном значении – воспроизводстве человеческой жизни и сделать его основой выживаемости.

Если воспроизводство человеческой жизни является внеисторическим основанием, то как на него влияет технический прогресс?

Потенциально, технический прогресс нейтрален по отношению к человеку. Он и созидателен и разрушителен, и добро и зло. В абсолютной естественной и социальной завершённости технический прогресс обладает самопоглощающим эффектом. Его отрицательные и положительные результаты элиминируются. Но это в конечном счёте. Потенциальное математическое равенство разрушительных и созидательных сторон технического прогресса становится, при социальной реализации, актуальным диалектическим неравенством.

Социальные условия как кристалл преломляют технический прогресс либо в сторону разрушения человеческой жизни, либо в сторону её созидания. Характер социальных отношений становится ключевым моментом в использовании технического прогресса как средства воспроизводства человеческой жизни.

Рамки рационального использования технического прогресса достаточно просторны, но предельно жёстки. Выход за них превращает технический прогресс в разрушительную силу. Ухудшающиеся условия воспроизводства человеческой жизни являются следствием превалирования разрушительной стороны технического прогресса над созидательной. Это дестабилизирует все сферы общественного воспроизводства: гентильную, экзистенциальную, экологическую, экономическую, нравственную, социальную, идеологическую, политическую и создаёт трагическую ситуацию.

Более глубокая методологическая причина деструктивного технического прогресса лежит в исторической асинхронности развития математики и диалектики. Математика дала измерительную базу естествознанию, развитие которого лежит в основе технического прогресса, а технический прогресс лежит в основе современной технологической цивилизации. Диалектика, в её социальном применении, должна была детерминировать человека в окружающем мире и подчинить технический прогресс воспроизводству его жизни.

Таким образом в основе деструктивного технического прогресса, при прочих равных условиях, лежит диалектическая незавершённость сознания, запаздывающего с осознанием имеющихся и надвигающихся проблем. Диалектическая завершённость сознания предполагает овладение диалектикой отдельного и общего. Монотеизм в течении двух тысяч лет решал эту проблему. Но в силу антропоморфной искусственной завершённости, взорванной естествознанием, он перестал выполнять объясняющую мир и детерминирующую в нём человека функцию. Старое умерло, а новое не родилось.

Деструктивный технический прогресс создаёт условия для выпадения человека из всеобщего круговорота материи, отторгает его от природы по принципу несовместимости. Перенесение решения вопроса выживаемости в социальную сферу, без соответствующей теоретической основы, порождает тяжёлые формы взаимных претензий и притязаний, приводит к деинтеллектуализациии и дегуманизации.

Теоретическое решение проблемы выживаемости возможно только на пути осознания концепций диалектико-материалистического монизма и материалистического понимания истории, их логического уяснения, теоретической разработки, конструктивного изложения и политического утверждения. Тот факт, что концепции диалектико-материалистического монизма и материалистического понимания истории не получили дальнейшего развития ни у Маркса, ни у его последователей, не снижает их концептуального, методологического и гуманистического значения.

Воспроизводство человеческой жизни должно рассматриваться с двух сторон – натуральной и социальной. Натуральное воспроизводство исследуется через анализ системы «человек – природа», которая устанавливает их тождественность и отличие. Это определяет и характер их отношений, какими бы ни были социальные формы, они лишь призваны обеспечить условия натурального воспроизводства, которое является основной стороной воспроизводства человеческой жизни в целом.

Исторически и логически, человек, возникнув из природы, стоит на ней и включает её в себя, поэтому каждый живущий носит в себе всю природу. Из этого следует, что не человек живёт, а природа реализуется посредством человека. Жизнь человека не есть его личное дело. Точнее, не только его и не столько его личное дело. Человек вышел из природы, сам является природой, живёт в природе, живёт за счёт природы, и действует как сила природы. Живя за счёт природы, человек являетсяиждивенцем природы. У него нет ничего своего. Всё, что в нём, на нём, при нём – не его. Он нищ и наг, сир и убог. Понятие «моё» социально-релятивное. Нечто может быть моим только по отношению к другому человеку, но не по отношению к природе.

Даже сознание не принадлежит человеку. В голове человека нет ничего такого, чего бы не было в действительности, даже Бог и художественный образ, ибо материальное содержание того и другого существует в реальности. Природа существовала и до человека с его сознанием и будет существовать и без него, если у человека хватит «ума» уничтожить себя либо в эндогенном, либо в экзогенном геноциде.

Социальное подчинено натуральному как средство цели. Придание чрезмерного значения социальной форме заслоняет неизменные основы, вытекающие из материалистического понимания истории. При социальном воспроизводстве связь человека с природой преломляется, она становится опосредованной. Вписываемость человека в природу становится проблематичной. Когда социальные формы приходят в противоречие с воспроизводством человеческой жизни, начинается мучительный возврат к стабильному естественному основанию, к естественному пути развития общества. Так было при зарождении христианства, в эпоху Просвещения, так возникал марксизм, так стоит проблема выживаемости перед современной Россией.

Любое идеологическое и политическое движение начинается с простого основания – воспроизводства человеческой жизни. Но по мере его развития непосредственное основание тонет в превращённых формах, заслоняется и подавляется ими. Движение общества вперёд становится движением назад к исходному началу.

Цель данной работы – привлечь внимание к концепции материалистического понимания истории в её первом исходном значении – воспроизводстве человеческой жизни. Во всём объективном многообразии её сфер: материальной, интеллектуальной, гентильной, экзистенциальной, экологической, экономической, нравственной, социальной, политической, идеологической. Это детерминирует технический прогресс, даёт ему единственно верную оценку.

Глава 1

СИСТЕМА «ЧЕЛОВЕК – ТЕХНИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС»

1.1. Структура системы «человек – технический
прогресс»

Мы рассматриваем технический прогресс как нечто самостоятельное. Будучи результатом исторического развития производительных сил, технический прогресс противостоит человеку – его творцу и оказывает на него обратное воздействие. Человек творит технический прогресс. Технический прогресс творит человека. Возникает и воспроизводится система «человек – технический прогресс». Элементы этой системы не только противостоят , но и взаимопроникают . Структурно это можно представить следующим образом:

Противопоставление технического прогресса и человека выражается в данной системе как (ТП – ТП) и (ЧК – ЧК). Противопоставление отражает их несводимость друг к другу, самостоятельность, независимость, собственную природу воспроизводства. Методологическое противопоставление технического прогресса и человека отражает потенциальную возможность их антагонизма.

Взаимопроникновение технического прогресса и человека отражает и выражает их взаимопревращаемость, взаимопорождение, взаимообусловленную природу воспроизводства. Методологическое взаимопроникновение технического прогресса и человека отражает потенциальную возможность рационального управления техническим прогрессом и оптимальных изменений человека.

В первой части системы показана двойственность технического прогресса: технический прогресс в себе – (ТП – ТП) и для человека – (ТП – ЧК). Во второй части системы показана двойственность человека: его существование в себе – (ЧК – ЧК) и для технического прогресса – (ЧК – ТП). Обе части системы можно представить как существование технического прогресса и человека как в себе, так и друг для друга. Подобно тому, как технический прогресс существует для человека, так и человек существует для технического прогресса; в той мере, в какой технический прогресс является условием воспроизводства человека – (ЧК – ТП – ЧК), в той же мере человек является условием воспроизводства технического прогресса – (ТП – ЧК – ТП).

Прежде чем перейти к рассмотрению влияния технического прогресса на человека и тех его последствий, которые мы имеем сегодня, нам необходимо, хотя бы вкратце, рассмотреть каждый параметр системы. Следует заметить, что данная система, имплицитно, содержит в себе вопросы и ответы, связанные с историческими судьбами цивилизации и влиянием не неё технического прогресса. В системе «человек – технический прогресс» я беру исторически-общественного, генетически-ассоциативного, или, как говорил Маркс, «родового человека», отвлекаясь от внутренней, социально-экономической формы, которая будет введена позже как фактор, стимулирующий технический прогресс и соответствующие социальные преобразования, а также как фактор либо нарушающий, либо поддерживающий данную систему в динамическом равновесии.

«Технический прогресс» – понятие научно не строгое. Оно появилось как выражение телеологического историцизма. Однако как результат технических изменений в производстве и как средство решения социальных проблем, оно приобрело самостоятельное значение, персонифицировало собой перевороты в технике, естествознании и общественных структурах. Технический прогресс одухотворился, стал новым божеством, а технологизм – новой религией. Рассматриваемая система – абстракция, но абстракция объективно-историческая.

Рассмотрим каждую ипостась системы.

1. (ТП – ТП). «Технический прогресс как технический прогресс» или как нечто самостоятельное имеет свою основу и направленность .

Объективно-онтологической основой технического прогресса является наличие структурных уровней материи, их объективно-логическая, генетическая последовательность: субатомный, атомный, молекулярный, кристаллический, клеточный, социальный.

Направленность технического прогресса поступательно-возвратная по шкале структурных уровней материй. Она может быть как последовательной, так и обратной филогенетическому развитию материи. Технический прогресс, углубляясь по структурным уровням материи, постоянно возвращается к исходным пунктам. Технические изменения в производстве, и на их основе изменения в социальных структурах, происходят в пределах неизменных физических, технических и социальных констант.

Технический прогресс вытекает из принципа обратимой необходимости. Совершенствование технических систем производства основывается на логическом и техническом коде, его повторении в новой, превращенной форме, на более высоком и более сложном уровне. Совокупность же частей развитой технической системы предприятия, национальной экономики и глобального хозяйства подчиняется той же закономерности, что и отдельный механизм. Без этого не было бы поступательности в технике и технического прогресса.

Исходя их единства и взаимопроникновения человека и природы, технический прогресс, как нечто внешнее по отношению к человеку, есть реализация внутренних потенций и объективных структурных уровней материи, заключённых в человеке. Другими словами, технический прогресс есть внешнее развитие внутреннего человека. Технический прогресс есть эманация человека, он ретроспективен его филогенезу.

Исторически технический прогресс не может быть ограничен только XX веком. Он должен рассматриваться как вся техническая история, как вся история существования человека. XIX и XX века придали лишь большую скорость техническим преобразованиям, но едва ли какое-либо открытие этих веков, по своей значимости для человека, может сравниться с открытием и использованием огня, приручением диких животных и занятием земледелием. Все открытия последующих веков не выходят за пределы этих первых изобретений (обретений из природы).

В той же мере, в какой необходимы и возможны исторически- хронологическая периодизация и объективно логическое отраслевое структурирование технического прогресса, в той же мере необходим и возможен единый, монистический, нерасчленённый взгляд на технический прогресс как на нечто целое, проходящее через всю историю человека.

Технический прогресс отражает и выражает внутреннее качественное превращение внешнего, количественно накапливаемого овеществлённого труда единого родового человека.

Анализ воспроизводства технического прогресса должен осуществляться через исследование логической структуры систем «наука производства», что будет сделано ниже.

2. (ЧК – ЧК). «Человек как человек» отражает и выражает воспроизводство человеческой жизни, воспроизводство человека – вечную и неуничтожимую задачу и проблему, пока существует род людской. Эта проблема составляет основу материалистического понимания истории – принципа исторического материализма, и также должна быть рассмотрена самостоятельно, что и будет сделано ниже.

Человек как человек, или как нечто самостоятельное, имеет свою основу, структуру , законы существования и направленность развития.

Основа существования человека – естественная и общественная история, филогенез природы и история общества, естественный и общественный мир.

Структура человека может быть получена при использовании гексаметрического алгоритма бытия и развития всего сущего.

Направленность существования и развития человека вытекает из направленности, лежащей в основе материи, развившейся до разума человека.

Законы бытия и развития человека есть превращенные формы законов бытия и развития всего сущего. Человек не сможет выжить, если он не поставит своё существование на основу всеобщих законов сущего.

Задача родового человека состоит в том, чтобы вписаться в природу и не выпасть из всеобщего круговорота материи, чтобы природа не отторгла его, исходя из принципа несовместимости.

Задача отдельного человека состоит в том, чтобы вписаться в социальную среду и не выпасть из неё в результате постоянного преобразования общества под воздействием технического прогресса. Так как отдельный человек является и родовым и отдельным, то ему приходится разрываться между вечными, объективными, абсолютными законами бытия всего сущего и субъективными законами общества. Отсюда трагедии народов и личные драмы.

Рациональное воспроизводство человеческой жизни, предполагает как понимание , так и знание им своего места и роли в мире.

Понимание предполагает осознание человеком своей двойственности. Во-первых, осознание себя высшим продуктом развития материи на Земле, осознание себя венцом природы. Во-вторых, осознание человеком своей тождественности с любым сущим в мире. Для мира, природы, человек не является абсолютно необходимым звеном, не представляет какой-либо ценности. Он имеет такое же значение как животные, растения, как любое нечто. В онтогенетическом круговороте материи человек может быть заменён любым другим видом. В этом круговороте он не играет какой-либо роли. Мир, природа могут обойтись и без человека, как они обходились без него до того как он возник. Отсюда воспроизводство человека – это его собственная проблема, а не проблема мира, природы. Никто за человека его проблем решать не будет.

Знание предполагает овладение всем многообразным, исторически накопленным производственно-интеллектуальным опытом человека. Это требует нового энциклопедизма – всего круга знаний, но не механистически- алфавитного, как то сделали французские энциклопедисты, и не электронно-вычислительного, как то предлагают некоторые современные учёные, а структурно-логического, который при помощи электронно-вычислительных машин произведёт действительную революцию в овладении богатством, которое выработало человечество. Суммарно современных знаний вполне достаточно для выработки действительно научной картины мира и системы отношений человека к действительности. Для выработки научной картины мира нет начала и логического кода. Однако следует заметить, что начало и логический код имеются. Подавляют масштаб работы, понимание целого и недостаток знаний частей, научно-отраслевая обособленность и антикорпоративный синдром учёных естественных и общественных наук.

Воспроизводство человеческой жизни предполагает наличие средств, одним из которых является технический прогресс. Возникает и воспроизводится (ЧК – ТП).

3. (ЧК – ТП). Технический прогресс предстаёт как условие, средство, за счёт и благодаря которому человек осуществляет своё воспроизводство.

Материально, воспроизводство человека предполагает: во-первых, производство и воспроизводство самого человека, во-вторых, производство и воспроизводство средств существования и необходимых средств производства. В средства существования входят, со временем, социальная и натуральная окружающая среда, которые также должны производиться и воспроизводиться. Производство средств производства и средств существования человека порождает технический прогресс, который, до определённого момента, является непредвиденным результатом деятельности человека. Так как производство средств существования осуществляется человеком в его отношении к природе и друг к другу, то технический прогресс есть продукт совокупно-исторического труда родового человека.

4. (ТП – ЧК). В той мере, в какой человек творит технический прогресс, технический прогресс творит человека. Возникнув как средство разрешения противоречий между человеком и природой и человеком и человеком, технический прогресс приобретает относительную самостоятельность и начинает оказывать обратное воздействие на человека и, в определённой степени, подчиняет его своим законам. Несмотря на единство человека и природы, у них есть и свои, специфические, закономерности. Отсюда существуют единство и различие первой и второй формы объективной реальности, естественных процессов и технического прогресса, технического прогресса и человека. Это находит своё выражение в таких понятиях, как земледельческая и технологическая цивилизации. В соответствии с этим принципом и технологическая цивилизация подразделяется на индустриальную и постиндустриальную. (Понятие «постиндустриальная» бессодержательно, в нём нет признака качественного отличия от промышленного производства. Оно указывает только временной аспект.) Однако внутри технологической цивилизации нации делятся на тех, которые осуществляют технический прогресс и на тех, которые приспосабливаются к нему. Они, естественно, находятся не в одинаковых условиях. Следовательно, внутри родового человека идёт сложный, неоднозначный, неравномерный процесс «производства» технического прогресса и приспособления к нему. Тем не менее, в целом, идёт процесс постоянного обновления общества, которое является условием его самосохранения. Вероятно, для человека в целом и для нации, в частности, существует свой допустимый коэффициент изменяемости, превышение которого становится губительным. Как недостаточные, так и чрезмерные изменения общественно-технологических структур могут повлечь за собой деструктивные процессы. В одном случае возникает застой, требующий ускорения, в другом – технологический консерватизм. Как в том, так и в другом случае технический прогресс неоднозначно сказывается на человеке. Можно только вздыхать по безвозвратно ушедшему размеренному быту патриархальной земледельческой общины, но вернуть это состояние невозможно. Технический прогресс отчуждается от человека и это отчуждение становится всё более нетерпимым.

Рассмотренная система «человек – технический прогресс» намечает общий ход дальнейших рассуждений.

Дестабилизация гентильного воспроизводства человеческой жизни связана с деградацией и дестабилизацией брачно-семейных отношений.

Деградация брачных отношений связана с неконтролируемым нарастанием динамизма социальных процессов, отражающих неуправляемый технический прогресс, что приводит к бракоразводной карусели, ухудшению качества воспроизводимого человеческого материала, истощению генофонда человека. Всё это ложится отягощающим бременем на будущие поколения. Наблюдается вырождение парных браков и возврат к неандертальской орде, промискуитету – нерегламентированной форме брачных отношений. Парные браки, как тысячелетний опыт оптимальной формы брачных отношений, обобщённый религией и закреплённый в Законе и догматах, устраняется как препятствие на пути «индустрии наслаждений». Попытки же целенаправленного изменения человеческого организма приведут к «генетическим пробоинам». Приумножить генофонд человека мы не можем, но в состоянии сохранить то, что накоплено природой за полтора миллиарда лет естественного отбора и тридцать тысяч лет социального отбора в период матриархата.

Деградация семейных отношений ухудшает качество воспитания подрастающего поколения, исключает возможность производства социально-исторической полноценной личности. Это приводит к разрыву поколений, к невосполнимым духовным потерям, исключает воспитание гражданственности, чувства чести и долга. Семья перестала выполнять стабилизирующую функцию в общественных коллизиях. Общественные институты воспитания и образования не в состоянии восполнить чувство кровного и нравственного родства при становлении личности, которое является первым шагом к осознанию родства всех людей, родства человека и природы, родства всего сущего в мире.

1.2.2. Дестабилизация экзистенциалього воспроизводства человеческой жизни

1.2.3. Дестабилизация экологического воспроизводств а человеческой жизни

Дестабилизация экологического воспроизводства человеческой жизни, в связи с иррациональным, «слепым» техническим прогрессом, характеризуется разрушением естественной окружающей Среды, породившей человека и служащей условием его существования. Разрушение внешней естественной окружающей Среды разрушает внутреннюю физическую субстанцию человека. Идёт технодологическая «гонка вооружений против природы» и, следовательно, против самого человека. Неконтролируемый технический прогресс изменил состав аэросферы и гидросферы, уменьшил генофонд биосферы. Эти изменения столь существенны, что они несут в себе возможность массовых заболеваний, вспышек эпидемий, ослабления сопротивляемости и снижения активности организма. На фоне времени эволюции Земли скорость антропогенных изменений аэросферы, гидросферы, литосферы, биосферы должны восприниматься как глобальная катастрофа, имеющая взрывной характер. Поскольку окружающая Среда – это не только природа, но и социальная среда, культура, общественный интеллект, текущая информация, люди, вещи и тишина, то такой технический прогресс разрушает социальную среду, культуру, приводит к интеллектуальному извращению, информационному «загрязнению», обременению общества неполноценными людьми, ненужными вещами и шумовому «загрязнению».

1.2.4. Дестабилизация экономического воспроизводства человеческой жизни

Уменьшение доступных источников сырья и энергии ведёт к увеличению затрат на их поиски, разработку и транспортировку, что снижает эффективность капитальных вложений и реализует закон уменьшения прибыли на вложенный капитал. Наступает «кризис пределов роста», требующий преодоления «императива роста». Если для отдельных промышленно развитых стран уменьшение источников сырья и энергии, в какой-то мере, компенсируется энерго- и ресурсосберегающей технологией и рециклированием, то для мирового хозяйства в целом экстенсивные тенденции превалируют над интенсивными, что требует постоянного и всё возрастающего вовлечения в хозяйственный оборот дополнительного сырья и источников энергии при уменьшающихся доступных запасах. Создаётся относительный дефицит. Начинается их экономическое и военное силовое перераспределение на периферии основных экономических центров мирового хозяйства, что приводит к локальным конфликтам и нагнетанию напряжённости перенапряжённого мира.

Истощение почв приводит к относительному, а всё чаще и чаще к абсолютному снижению продуктивности сельского хозяйства, что является результатом нерационального, часто хищнического обращения с землёй и лесами. Рациональная технологическая компенсация крайне неравномерна по странам. Если раньше человек наступал на пустыню, то сегодня пустыня наступает на человека.

Многоукладность и неравномерность развития мирового хозяйства находят своё отражение в многоукладности и неравномерности национальных экономик и их отраслей, в разбросе развитости национальных хозяйств и отраслей по исторически временной шкале от мотыжного земледелия до современного научно-промышленного производства. Это приводит к созданию замкнутых региональных экономических блоков стран близких по уровню технологической развитости, к созданию анклавов внутри национальных экономик, не связанных с остальными секторами национального хозяйства. Это вертикальная неравномерность. Горизонтальная неравномерность связана с цикличностью как мирового хозяйства, так и отдельных национальных экономик.

Дестабилизация нравственных отношений людей друг другу в процессе воспроизводства человеческой жизни определяется кардинальной ломкой религиозных норм морали, распадом родовых связей и подменой их нормами буржуазной морали атомизированного человека. Мы оказались в ситуации, когда старое умерло, а новое ещё не родилось. В связи с этим наблюдается общее снижение культуры человеческих отношений, отчуждённость и враждебность людей друг к другу. «Моральное обновление» предполагает обобщение исторического опыта отношений людей друг к другу, их теоретической разработки и политического утверждения. Однако деморализация начиналась и поддерживается политикой, как отражением экономических интересов господствующих и эксплуататорских сословий и классов. Технический прогресс объективно ужесточает производственную и социальную регламентацию и стратификацию, что субъективно накладывает отпечаток на нравственные отношения между людьми. Техника победила мораль. Ход деструктивного технического прогресса прямо пропорционален моральному падению человека.

Связи между людьми носят функционально-производственный характер. Коммуникабельность профессионально ограничена. Социальная неустойчивость и страх порождают агрессивность, принимающую форму морального терроризма. Защита иллюзорных моральных ценностей превращается в их насильственное навязывание противникам и оппонентам. Нравственные оценки личности смещаются с сторону сиюминутных успехов, обесценивая значение трудно достигаемых, но перспективных целей. Отношения между людьми становятся эфемерными, улыбки – ничего не значащими. Слово теряет смысл, речь – содержание. Члены каждого клана, группы, сословия, научного направления пользуются своею моралью, имеют свой кодекс чести, свои символы и коды, вырабатывают свой «птичий» язык. Вечность религиозного бытия заменена временным пребыванием на Земле, отсюда мораль переселенцев: ничего основательного и надолго. Разбилось единое здание общечеловеческой морали на мелкие осколки как зеркало троллей. Каждый, имея свою мораль, не сообразуется с моралью другого.

Если в древности считалось, что в основе государственного управления на первом месте должно быть единство чувств и мыслей, а затем сила, как последнее, крайнее, принудительное организующее начало, то сейчас на первом месте сила. Отсюда привилегированное положение репрессивно-полицейского аппарата, роль и значение которого постоянно повышается. Каждый человек ведёт свою социальную бухгалтерию, подсчитывая возможные потери и выгоды от открытого бунта против неразумных общественных порядков. Д естабилизация нравственных отношений способствует дестабилизации психических отношений человека к действительности.

1.2.6. Дестабилизация психического воспроизводства человеческой жизни

Дестабилизация психического воспроизводства человеческой жизни и психических отношений между людьми связана с тем, что «слепой» технический прогресс, резко меняя условия существования человека, приводит к росту числа лиц с неустойчивой и разрушенной психикой, производя особый тип человека – хомо невротикус – «человек невротический», подверженного постоянному чувству страха и загнанности, одиночества и бесполезности, находящегося в непрекращающемся стрессовом состоянии, прерываемом импульсивными вспышками разрушительной энергии.

«Человек невротический» ощущает состояние подавленности, переживания и беспокойства, униженного человеческого достоинства, неудовлетворённости самим собой и другими, своим местом в обществе и мире.

Возникает кризис пространственно-временной детерминации и ориентации человека и идентификации его с обществом.

Конвульсивная, спорадическая реакция на раздражения внешнего мира усиливает процесс разрушения психики. Страх и осознание собственной ненужности заставляют человека гоняться за миражом счастья, создавать «сиюминутное равновесие». Возникает и воспроизводится «человек ситуации». Королевские мечты маленького человека дают ему «наркотическое» ощущение блаженства и помогают бежать от мрачной действительности. Он ставит цели, выходящие за пределы его материальных и интеллектуальных возможностей.

Если исходить из того, что психика – это душа человека, как считали древние, а душа – это внешний мир внутри человека, то устанавливается прямая и достаточно жёсткая связь между представлениями о мире и душой-психикой человека. Если мир един в себе, то и душа-психика будет единой и целостной в своём основании. Если же мир, в представлении человека, разомкнут и предстаёт как нечто бессистемное и не сводимое к единому началу, особенно социальный мир, то и душа-психика человека будет разомкнута и расхристана. Если в результате деструктивного технического прогресса «распадается» мир, «распадается» на фрагменты общество, то распадается и душа человека. Сознание, отражая разрушенный и распавшийся внешний мир, разрушает волевым актом внутреннее единство души, которая перестаёт выполнять функцию рациональной координации и субординации человека в социальном и натуральном мире, в мире в целом. Человек теряет детерминирующие ориентиры. Его поведение становится непредсказуемым, безответственным. Такой человек неуязвим для возвышенных слов. Отсюда возрастает роль чувственной, мимолётной, эфемерной жизни, творящего человека момента, стремящегося быть оптимистом во что бы то ни стало, несмотря на внутреннюю зияющую духовную пустоту. Духовная пустота порождает суррогат веры. Равнодушие, апатия, инфантилизм, бегство от действительности, неспособность овладеть реальностью, подчинить её себе и сознательно подчиниться ей есть защитная реакция психики против вторжений разрушенного внешнего мира. Основная причина – отрыв человека от вечности, которую, хотя и в иррациональной форме, давала религия.

Дестабилизация психического воспроизводства способствует дестабилизации социального воспроизводства человеческой жизни.

1.2.7. Дестабилизация социального воспроизводства человеческой жизни

Изменение социальных структур и их соответствующего политического представительства требует адекватного изменения теоретических взглядов и следующих из них политических и практических выводов. Искусственное продление истинности старых, близких сердцу и «само собой разумеющихся» теоретических положений, не соответствующих новым производственным и социальным структурам, влечёт за собой всю совокупность теоретических, политических и практических ошибок, обеспечивает накопление нерешённых проблем, обусловливает неверный выбор социальных и экономических приоритетов, обостряет противоречие между общественными задачами и наличными ресурсами. Человек находится на опасном историческом переломе. В недрах старых социальных структур происходит зарождение новых, контуры которых ещё не обозначились. Отсюда растерянность и дезориентация как отдельных лиц, так и социальных групп, обществ, систем и человека вообще.

1.2.8. Дестабилизация идеологического воспроизводства человеческой жизни

Дестабилизация идеологического воспроизводства человеческой жизни, интеллектуального отношения человека к действительности связана с отдалением от рационально-онтологических основ мироустройства.

Методологически это вытекает из исторически сложившегося приоритета многообразия над единством, координации над субординацией, предикативности над структурностью, что нашло своё отражение в приоритете математики над диалектикой.

Гносеологически это выражается приоритетом объекта над субъектом, релятивного над абсолютным, практики над теорией. Плюро-релятивистская практика не осмысливается в соответствии с абсолютно-монистическими посылками.

Математика как односторонняя диалектика дала и даёт методологическую базу для исследования естества как объекта, что лежит в основе естествознания, которое, в свою очередь, лежит в основе технического прогресса, приводящего ко всей совокупности производственных и социальных структурных сдвигов. Не восполненный диалектикой элемент приводит к несовмещению естествознания и социальной практики. Строгость естественнонаучных законов прекрасно уживается в умах людей с социальным произволом. Вакуум, образованный неразвитостью диалектики, заполняется в теории религиозным возрождением, оживлением восточных мудростей, распространением различных сект, мистикой, фрейдизмом, интуитивизмом, парапсихологией, дзенбуддизмом, обращением к демоническим силам, а в социальной практике – «научно-обоснованным произволом».

Исторически, натурфилософский монизм уступил место религиозному монизму, который, в свою очередь, вытесняется позитивизмом. Позитивизм и неразвитость рациональных положений Маркса, акцентация на «тенденции» его учения привели к отвращению от культа разума. Любой восходящий класс начинает социальное движение под лозунгом разума и заканчивает в тумане иррациональности. Господствующая идеология основывается как на неведении общих истин, так и на сокрытии реального состояния дела. Идеология господствующего сословия, класса исходит из того, что действительность неразумна, что у общества нет непреходящих констант, что человек – игрушка инстинктов, тёмных сил, подсознания, агрессивных импульсов.

Этическим императивом человека в отношении дестабилизации идеологического воспроизводства человеческой жизни должны быть слова Спинозы: «Не плакать, не смеяться, а понимать».

1.2.9. Дестабилизация политического воспроизводства человеческой жизни

Дестабилизация политического воспроизводства человеческой жизни или политических отношений между классами, сословиями и людьми связана с обострением противоречий между логикой материальных интересов господствующих сословий и классов и логикой материальных интересов трудящихся. Тот факт, что это противоречие «растекается» по сложнейшей производственно-социальной структуре современного общества и в каждом частном случае имеет свою превращенную форму, не меняет сути дела.

Логика интересов трудящихся всегда совпадает с логикой общественного развития, но совпадает в конечном счёте и не благодаря, а вопреки логике материальных интересов господствующих и эксплуататорских сословий и классов, которые стремятся спекулятивно выдать свои материальные интересы за общественные. Именно здесь лежит причина антагонизма между человеком и человеком, человеком и природой. Защита материальных интересов эксплуататорских и господствующих сословий и классов порождает теоретические спекуляции и политическое лицемерие, невидимую закулисную власть, анонимные масонские ложи, неконтролируемые секретные службы. Возрождается принцип абсолютистских режимов: «Властвуй тайно». Это относится как к отдельным странам, системам, так и ко всему человечеству. Эксплуататорские и господствующие сословия и классы, преследуя свои материальные интересы, сбивают общество с его естественного пути развития, создают социальные тупики, предкризисную и кризисную ситуации. Власть становится обезличенной, деперсонифицированной. Возникает ощущение политической безнадёжности, которое чревато или стихийным взрывом, или затянувшейся агонией. С одной стороны, наблюдается беспомощность эксплуататорских и господствующих сословий и классов решать накапливающиеся проблемы воспроизводства человеческой жизни, а с другой – её агрессивность, манипулирование общественным сознанием, унификация политического поведения, «бархатный диктат», страх перед истиной и правдой. Трудящиеся не доверяют властям, власти – трудящимся. Нет оснований уповать на новые формы социального управления: компьютерократию и регулируемый плюрализм элит. Современная техника предоставляет возможность власть имущим видеть каждый жест и слышать каждое слово своих подчинённых, устанавливая технологически-политический диктат над трудящимися.

Таким образом, все стороны общественного воспроизводства человеческой жизни: гентильная, экзистенциальная, экологическая, нравственная, психическая, социальная, идеологическая и политическая в той или иной форме и мере подвержены деструктивным процессам, которые в совокупности представляют общий кризис, который носит не локальный, а глобальный характер, грозящий гибелью цивилизации путём постепенного вырождения.

Современное состояние глобального воспроизводства человеческой жизни во многом напоминает период разложения Римской империи. Если с современных проблем снять конкретно-историческую форму, порождённую уровнем производительных сил, то в основе мы увидим всё те же причины, которые привели к гибели Римской, Византийской и Российской империй. Здесь не место заниматься сравнительным описанием различных обществ в период их упадка, но логика их всех одна и та же: дестабилизация всех сфер общественного воспроизводства человеческой жизни. Такие общества не направляются и не управляются, они существуют по инерции. Вся история сословно-классовых цивилизаций есть не что иное, как инерция естественной истории и постепенная растрата нравственного потенциала родового общества. То, чем мы гордимся как историческими достижениями цивилизации, есть не что иное, как один непрерывный процесс общественной деструкции и деградации. Современное управление общественным воспроизводством ограничивается решением текущих проблем , оставляя без внимания основы и перспективы воспроизводства человеческой жизни. Экономизация и технологизация стиля жизни и мышления сужают необходимый для воспроизводства человеческой жизни исторический кругозор, теоретически обеспечивают неправильный выбор социальных приоритетов и градацию значимости стоящих перед человеком проблем.

1.3. Естественно-математическое равенство и социально-диалектическое неравенство созидательных и разрушительных сторон технического прогресса

Технический прогресс, в соответствии с Марксовым принципом единства естественного и общественного развития общества, должен рассматриваться с двух сторон: естественной и общественной, абсолютной и релятивной, в себе и для нас. Технический прогресс в себе, сам по себе, социально нейтрален , как нейтральна по отношению к человеку природа, которую А. С. Пушкин полагал «равнодушной». Технический прогресс в себе должен восприниматься как природное явление, как естественный процесс. То, как человек использует технический прогресс, от технического прогресса не зависит, это дело человека. Человек использует технический прогресс в целях своего воспроизводства, и он, как социально нейтральное, естественное явление, имеет как созидательную, так и разрушительную, конструктивную и деструктивную стороны, как положительные, так и отрицательные для человека свойства.

Пропорция созидательно-разрушительных «51 на 49» и разрушительно-созидательных «51 на 49» сторон и составляет ту тончайшую грань в условную единицу приоритета либо созидания над разрушением, либо разрушения над созиданием. Поддержание приоритета созидания над разрушением и составляет поле деятельности для разума ! Разница в единицу составляет искусство воспроизводства человеческой жизни, искусство политической борьбы за человеческую жизнь. Это и есть «лезвие бритвы», гребень волны, «бритва Оккама», диалектический балансир, переход противоположностей друг в друга, динамическое равновесие, конструктивная целенаправленность, составляющие естественную направленность существования и использования тел, процессов и технического прогресса. В социальной практике естественная диалектическая направленность существует в превращённой форме как социальная рациональность и лежит или должна лежать в основе целенаправленного, конструктивного воспроизводства человеческой жизни.

Нелепо полагать, что созидание может существовать в чистом виде без разрушения или разрушение без созидания. Вторая часть предложения нашла своё отражение в классическом положении: «разрушу и построю», а также в положении И. Шумпетера о деструктивном созидании.

Революционно-романтическая альтернативность «или разрушение или созидание» как святая вера в царство божие на Земле не диалектична, как недиалектичным является и мечта о завершённом состоянии коммунизма – как реализации телеологического смысла истории. Коммунизм – не завершённое состояние, а процесс по поддержанию динамического равновесия всех сфер воспроизводства человеческой жизни с приоритетом созидательной стороны , и он не зависит от уровня производительных сил.

Отвержение революционно-романтической альтернативности не должно сковывать человека в применении крайних мер и средств в определённом месте и в определённый момент, а также не должно лишать человека веры в возможность устройства жизни на Земле по законам разума и красоты, как то завещали ещё авторы «Песни арфиста».

Диалектическое соотношение между созидательной и разрушительной сторонами технического прогресса есть соотношение между долгосрочными и близлежащими целями человеческого существования, фундаментальными и поверхностными причинами явлений человеческой практики, вечными и сиюминутными, общечеловеческими и национальными интересами, законами природы и законами общества, пользы и прибыли, воспроизводства человеческой жизни и выгоды и т. д. и т. п. по всем сферам общественного воспроизводства. Соотношение между указанными противоположностями не может быть, как сказано, альтернативным. Оно должно быть диалектически взаимодополняемым с приоритетом созидания над разрушением, долгосрочного над близлежащим, фундаментального над поверхностным, вечного над сиюминутным, общечеловеческого над национальным, природного над общественным, пользы над прибылью, воспроизводства человеческой жизни над выгодой и т. д. и т. п.

ТЕМАТИКА КОНТРОЛЬНЫХ РАБОТ

Эволюция понятия «техника» в истории научной и философской мысли.

Техническое и нетехническое: проблема соотношения.

Виды техники и их классификация.

Философия техники в системе культуры.

Междисциплинарные аспекты философии техники.

Проблемное поле современной философии техники.

Философия техники в образовательном пространстве как средство формирования общих компетенций студентов.

Проблема техники в наследии античной философии.

Начала онтологии техники в классической философии (Т. Гоббс, Р. Декарт, Ж. Ламетри и др.).

Концепция «покорения природы» мыслителей эпохи Просвещения и ее значение для современной цивилизации.

Философствующие инженеры (Эрнст Гартиг, Иоганн Бекманн, Франц Рело, Алоиз Ридлер).

Проблема техники в социальных теориях марксизма.

Материалистические концепции технологического детерминизма. Концепции технологического оптимизма (Д. Гэлбрейт, У. Ростоу, З. Бжезинский и др.)

Религиозно-идеалистические и теологические концепции техники.

Проблема техники в философской антропологии и экзистенциализме.

Информационно-гносеологические концепции философии техники (А. Димер, Х. Сколимовски, Т. Стоуньер, А. Этциони и др.).

Техника как инструмент тоталитарного контроля (Т. Адорно, М. Хоркхаймер, Ж. Эллюль, Ж. Делез и др.).

Вопросы философии техники в русской материалистической и религиозно-идеалистической философии конца XIX – начала ХХ в. (Н.Ф. Федоров, П.К. Энгельмейер, Н.А. Бердяев, П.А. Флоренский и др.).

Философия техники в СССР и современной России: основные достижения.

Историческая эволюция взаимоотношения техники и науки в истории развития общества.

Критерии и новое понимание научно-технического прогресса в концепции устойчивого развития.

Прогностическая роль научного знания. Роль науки и техники в преодолении современных глобальных кризисов.

Техника и технологии каменного века.

Истоки технических революций в культуре древних цивилизаций.

Архимед и развитие техники.

Технические достижения средневековья.

Понимание роли технической деятельности в эпоху Возрождения. Технические изобретения Леонардо да Винчи.

Техническая практика и ее роль в становлении экспериментального естествознания в XVII − XVIII в.

Технические и технологические революции в человеческой истории.

Промышленная революция XIX столетия.

Технический и технологический бум ХIХ − начала ХХ в.

НТР: основные этапы и направления.

Современные технологии, их значение и перспективы.

Естественные и технические науки: проблема соотношения.

Научная и техническая теория в их соотношении: философско-методологические аспекты. Основные типы технической теории.

Развитие системных и кибернетических представлений в техническом знании.

Методологические проблемы технических наук.

Технический фактор в современной науке.

Математизация научно-технического знания.

Мировоззренческая функция научно-технического знания.

Философско-методологические аспекты технической теории.

Технознание в рамках синергетической парадигмы.

Проблема творчества в техническом знании.

Техническая картина мира.

Системно-интегративные тенденции в современных технических науках.

Роль информационных и компьютерных технологий в научно-технических исследованиях.

Научная и инженерная деятельность: сходство и различие.

Истоки инженерии в доиндустриальных цивилизациях.

Становление и развитие инженерного образования в XVIII – XIX вв.

Распространение технических знаний и инженерии в России.

Техническая и инженерная культура: сущность, структура, функции.

Социальные роли и функции инженерии.

Современная структура инженерной профессии.

Инженерное творчество.

Научно-техническая интеллигенция, ее место и роль в современной России.

Техническая реальность как проявление человеческого бытия.

Гуманитарная амбивалентность техники.

Проблема "техника и нравственность" в русской философии.

Роль гуманитарной интеллигенции в преодолении духовного кризиса и гуманизации технической деятельности.

Гуманитарная оценка технологий: проблемы экспертизы и диагностики.

Техника как способ опредмечивания духовности.

Техническое творчество и человеческая свобода.

Философия искусственного интеллекта.

Проблема личности в информационном обществе.

Этика ученого и этика инженера: проблема взаимосвязи.

Техническая эстетика: философские аспекты.

Проблемы гуманизации и гуманитаризации высшей технической школы и инженерного образования.

Технический прогресс и экономические типы общества.

Техника и технознание в футурологических теориях.

Проблема антиномии социокультурного и технического в философской мысли.

Противоречия техногенной цивилизации.

Информационная безопасность в информационном обществе.

НТП и теория устойчивого развития.

Социально-экологическая экспертиза научно-технических и хозяйственных проектов.

Социальные технологии.

Технический прогресс и государство: проблема взаимовлияния.

Техника и искусство.

Сетевое общество и виртуальная реальность.

Интернет как орудие новых социальных технологий.

Техническое развитие и культурный прогресс:пути преодоления кризиса современной техногенной цивилизации.

ВОПРОСЫ К ЗАЧЕТУ

Понятие техники. Философия техники, ее предмет, структура и функции.

Наука как сфера человеческой деятельности и её философское осмысление. Взаимосвязь науки и техники.

Причины и закономерности технического прогресса. Технический прогресс в традиционных обществах.

Научно-технический прогресс в Новое и Новейшее время. Основные направления НТР.

Философия техники, ее предмет, история зарождения (до конца XIX в.).

Основные направления и концепции философии техники ХХ– начала ХХI в.

Научно-техническое знание: особенности, классификация, уровни. Взаимосвязь технических наук с основными отраслями научного знания.

Формы научно-технического знания. Методология технических наук.

Инженерная деятельность: сущность, функции и виды. Инженерное мышление.

Человек как объект и субъект технического прогресса. Техническая реальность и кризис современного человека.

Гуманизация техники. Инженерная этика и профессиональная ответственность специалиста.

Техника как фактор социокультурного развития. Основные черты современной цивилизации. Экологические и социальные проблемы НТП.

СЛОВАРЬ ОСНОВНЫХ ПОНЯТИЙ И ТЕРМИНОВ

А грегат (от лат. aggregatus – соединенный, собранный) - механическое соединение нескольких машин, работающих в комплексе, или укрупненный унифицированный элемент машины, обладающий полной взаимо-заменяемостью.

Аксиология (от греч. axia – ценность) - философское исследование природы ценностей.

Антропология (от греч. anthropos – человек) - философское учение о человеке, его происхождении, сущности, смысле существования и т.д.

Аппарат (от лат. apparatus) - техническое устройство, прибор, механизм или иное изделие, выполняющее отдельную операцию. Примеры А.: фотоаппарат, киноаппарат, сварочный аппарат и т.п.

Артефакт (от лат. artefactum - искусственно сделанное) - явление, процесс, предмет, появление которого по естественным причинам невозможно.

Биосфера (от греч. bios – жизнь) - земная оболочка, состоящая из атмосферы, гидросферы и верхней части литосферы, населенная живыми организмами или имеющая следы их пребывания.

Бытие - предельно общее философское понятие, обозначающее все существующее.

Гипотеза (от греч. hipothesis – основа, предположение) - форма знания в виде предположения, требующего проверки, доказательства. Научная Г. выдвигается при соблюдении следующих требований: отсутствие логических и фактических противоречий, соответствие установленным теориям, доступность экспериментальной проверке, максимальная простота.

Глобальные проблемы – комплекс общечеловеческих проблем современности (экологических, демографических, технических и др.), затрагивающих как мир в целом, так и его регионы, непосредственно связанных с его существованием, требующих для своего эффективного разрешения концентрации усилий всего человечества в различных областях деятельности.

Гносеология (от греч. gnosis – знание) - философское учение о познании (его целях, принципах, методах, границах, формах).

Гуманизм (от лат. humanitas – человечность) - мировоззрение, в центре которого находится идея человека как высшей ценности. Г. утверждает ценность человека как личности, его право на свободу, счастье, развитие, проявление своих способностей.

Движение - изменение бытия, всякое взаимодействие объектов и смена их состояний. Является важнейшим атрибутом существования материи.

Дедукция (от лат. deductio – выведение) - переход от общего к частному; в более специальном смысле - метод мышления, процесс логического вывода, т.е. перехода по тем или иным правилам логики от некоторых данных предложений (посылок) к их следствиям (заключениям). Если посылки Д. истинны, то истинны и ее следствия.

Детерминизм (от лат. determinare – определять) - философское учение о всеобщей, закономерной связи, причинной обусловленности всех явлений. Противоположно индетерминизму.

Диалектика (от греч. dialegomai – веду беседу, рассуждаю) - учение о всеобщих законах развития природы, общества, человека и мышления. Основными положениями являются идеи о связи и изменчивости всего существующего, борьбе противоположностей как источнике развития, их единстве и переходе друг в друга.

Духовность - высший уровень развития личности, когда основными мотивационно-смысловыми регуляторами ее жизнедеятельности становятся нравственные императивы, ценности знания, творчества, происходит отказ от узколичных материальных потребностей и эгоизма.

Закон - внутренняя существенная и устойчивая связь явлений, обуславливающая их упорядоченное изменение, а также форма знания об этой связи. Научный З. есть форма организации научного знания, состоящая в формулировке всеобщих утверждений о свойствах и отношениях исследуемой предметной области.

Знание - форма существования и систематизации результатов познавательной деятельности человека, проверенный практикой результат познания действительности, верное её отражение в сознании человека, позволяющее достигать намеченных целей.

Идеализм - философское направление, объединяющее учения, признающие первичным началом идею, мысль, сознание.

Идеальное (от греч. idea – образ, представление) - философская категория, обозначающее все нематериальное. И. в идеалистической традиции понимается как самостоятельное нематериальное начало, существующее вне пространства и времени (дух, идеи). И. в материалистической традиции понимается как отражение в сознании внешнего мира, субъективный образ объективной реальности.

Изобретение - результат технического творчества, направленный на удовлетворение насущных потребностей общества и обеспечивающий подъем существующего уровня техники, его прогрессивное развитие.

Индукция (от лат. inductio – наведение) - форма мысли, в которой осуществляется переход от частного знания к более общему, а также вид обобщения, связанный с предвосхищением результатов наблюдений и экспериментов на основе данных опыта. В логике И. называют умозаключение, позволяющее из наличия какого-либо признака у части предметов данного класса делать вывод о присутствии этого признака у всех его предметов.

Инженер (фр. ingénieur, от лат. ingenium – способность, изобретательность) - специалист с высшим техническим образованием, создатель информации об архитектуре материального средства достижения цели и его функциональных свойствах, способа (технологии) изготовления этого средства (продукта), равно как самого средства и материального воплощения цели, и осуществляющего руководство и контроль за изготовлением продукта.

Инновация (от лат. inovatio и англ. innovation – нововведение) - внедренное новшество, обеспечивающее качественный рост эффективности процессов или продукции. И. представляет собой материализованный результат, полученный от вложения капитала в технику или технологию, формы организации производства труда, обслуживания, управления и т.п.

Инструмент (от лат. instrument – орудие) - техническое изделие, используемое в качестве орудия для непосредственного воздействия на предмет труда. Различают И.: ручной, станочный, механизированный (ручные машины). И. называют также приборы, устройства, приспособления, применяемые для измерений и других операций в производстве, медицине, музыке.

Информация (от лат. informatio – формирование как выявление сущности, разъяснение, осведомление) - сведения о процессах в окружающем мире, воспринимаемые человеком или специальным устройством. И. подразделяется на объективную – свойство материальных объектов и явлений порождать передаваемые состояния, и субъективную – смысловое содержание О.И., сформированное сознанием и зафиксированное на материальном носителе.

Истина - объективное, логически непротиворечивое, достоверное знание о действительности.

Картина мира - целостный образ мира, имеющий исторически обусловленный характер; формируется в обществе в рамках исходных мировоззренческих установок. Выделяют обыденный, религиозный, научный, философский типы К.М. В частности, научная К.М. представляет собой качественное обобщение и мировоззренческий синтез различных научных теорий, включая общенаучную К.М. и К.М. отдельных наук (физическую, биологическую, геологическую и т.п.).

Классификация наук - различение наук по объекту (предмету), методу и способу применения.

* Естественные науки – разделы науки, отвечающие за изучение внешних по отношению к человеку природных (естественных – от «естество», природа) явлений и закономерностей, не зависящих от воли человека (например, физика, биология, химия, астрономия, география ).

* Социально-гуманитарные науки – область научных знаний, исследующих явления и процессы, возникшие как результат человеческой деятельности, бытие человека в аспекте его общественной деятельности (например, история, экономика, социология, психология, лингвистика ).

* Технические науки исследуют законы искусственной природы и их взаимосвязь с естественными законами. Направлены на изучение и разработку идеальных моделей искусственных материальных средств целесообразной деятельности людей (например, механика, машиностроение, архитектура, электротехника. материаловедение ).

* Формальные науки – область научных знаний, занимающихся исследованием формальных систем, т.е. совокупностей абстрактных объектов (например, логика , математика , теоретическая информатика , теория систем , теория принятия решений , общая статистика ).

Культура (от лат. cultura – возделывание, обрабатывание) - деятельность человечества во всех сферах бытия и сознания, направленная на преобразование действительности.

Лженаука - деятельность или учение, имитирующее науку, которое, как правило, бслуживает социальный запрос на общедоступную, не требующую специальной профессиональной подготовки расшифровку явлений природы и культуры.

Личность - человеческий индивид в многообразии его социальных качеств (взглядов, способностей, потребностей, интересов и т.п.), формирующихся в процессе деятельности и общественных отношений.

Материализм - мировоззрение, в соответствии с которым материя является первичным началом в сфере бытия, а идеальное – вторичным результатом. М. утверждает, что законы материального мира распространяются на природу, общество и человека.

Материя (от лат. materia – вещество) - объективная реальность, существующая вне и независимо от сознания и отражаемая им.

Машина (франц. machine) - техническое изделие, работа которого, посредством преобразования вещества, энергии, силы, движения и информации, заменяет, облегчает и приумножает труд человека.

Метод (от греч. methodos – путь, исследование) - способ теоретического или практического освоения действительности. Научные М. представляют собой способы исследования феноменов, систематизации или корректировки полученных знаний.

Методология - совокупность познавательных средств, методов, приемов, используемых в какой-либо науке; область знания, изучающая средства, предпосылки и принципы организации познавательной и практически-преобразующей деятельности.

Механизм (от греч. mechane – устройство, прибор) - система материальных объектов, предназначенных для преобразования движения и энергии одного или нескольких тел в требуемые движения других тел, устройство машины, прибора, аппарата и т.п., приводящее их в действие. В М. имеется входное звено, получающее движение от двигателя, и выходное звено, соединенное с рабочим органом машины или указателем прибора.

Мировоззрение - система взглядов, принципов, ценностей, идеалов и убеждений, определяющих направление деятельности и отношение к действительности отдельного человека, социальной группы, класса или общества в целом.

Модель (фр. modele, от лат. modulus – мера, аналог, образец) - упрощенное представление реального устройства и/или протекающих в нем процессов, явлений. Построение и исследование М., то есть моделирование, облегчает изучение имеющихся в реальном устройстве (процессе и т.п.) свойств и закономерностей.

Мораль (от лат. moralis – относящийся к нраву, характеру, привычкам) - основной тип нормативной регуляции человеческих действий, основанный на личных убеждениях и воздействии общественного мнения. Направляет поведение во всех сферах общественной жизни, поддерживая определенные общественные устои. Нормы М. получают идейное выражение в общих фиксированных заповедях и принципах о том, как должно поступать.

Мышление - высшая форма активного (понятийного и образного) отражения реальности, связанная с обобщением и способами опосредованного познания действительности.

Наука - сфера человеческой деятельности, функцией которой является выработка и теоретическая систематизация объективных и обоснованных знаний о мире. В ходе исторического развития Н. превращается в производительную силу общества и важнейший социальный институт. Включает в себя как деятельность по получению нового знания, так и результат этой деятельности.

Научно-техническая революция (НТР) - начавшаяся в середине XX в. перестройка технических основ материального производства на основе превращения науки в ведущий фактор производства. Составные части НТР: увеличение числа научных сотрудников и затрат на научные исследования; повышение эффективности производства; электронизация, комплексная автоматизация, информатизация производства; производство синтетических материалов; использование новых видов энергии; ускоренное развитие биотехнологии; освоение космического пространства.

Общество - сложная система исторически сложившихся форм организации совместной деятельности людей, их социальных связей и отношений, культурных норм и ценностей.

Объяснение - форма знания, главной целью которого выступает выявление сущности изучаемого предмета, подведение его под закон с определением причин, условий, источников его развития и механизмов их действия.

Онтология (от греч. ontos – существующее) - учение о бытии, т.е. устройстве мира, его первоначале, формах.

Парадигма (от греч. paradeigma – пример, образец) - совокупность фундаментальных установок, представлений и терминов, принимаемая и разделяемая большинством членов научного сообщества и обеспечивающая преемственность развития науки.

Постиндустриальное (информационное) общество - тип общества, в экономике которого, в результате научно-технической революции и существенного роста доходов населения, приоритет перешёл от преимущественного производства товаров к производству услуг. Производственным ресурсом становятся информация и знания. Научные разработки становятся главной движущей силой экономики. Наиболее ценными качествами являются уровень образования, профессионализм, обучаемость и креативность работника.

Принцип (от лат. principium – основа, первоначало) - основополагающая истина, руководящее положение, основное правило, установка для какой-либо деятельности; внутренняя убежденность в чем-либо, точка зрения на что-либо, норма поведения.

Природа - окружающий мир во всем бесконечном многообразии своих проявлений, объективная реальность, естественная среда обитания человека.

Проблема (от греч. problema – задача) гносеологическая - форма знания, состоящая в теоретическом осмыслении гносеологического противоречия, требующего разрешения; «знание о незнании».

Прогресс (от лат. progressus – движение вперед, успех) - направление развития от низшего к высшему, поступательное движение вперед, к лучшему. Противоположно регрессу.

Производство - специфически человеческий тип обмена веществами с природой, процесс активного преобразования людьми природных ресурсов с целью создания необходимых материальных условий для своего существования. Его взаимосвязанными частями являются материальное П . – создание материальных благ в рамках промышленности, сельского хозяйства, транспорта, снабжения и др. и духовное П . – создание идей, ценностей и принципов в рамках науки, литературы, искусства, философии, религии.

Рационализм (от лат. ratio – разум) - гносеологическая концепция, противостоящая эмпиризму и сенсуализму, провозглашающая разум в качестве главной формы и источника познания. Чувственное познание, с точки зрения рационализма, ведет к недостоверному знанию.

Революция (от лат. revolutio – поворот, изменение) - коренное качественное изменение, скачок в развитии явлений природы (появление новой формы движения материи), в обществе (утверждение нового социального строя), в познании (появление новых форм, принципов познания, смена господствующих теорий и т.д.).

Рефлексия (от лат. reflexio – обращение назад) - умственная деятельность, направленная на осмысление своих собственных знаний и действий.

Сенсуализм (от лат. sensus – чувство, ощущение) - направление в теории познания, согласно которому ощущения и восприятия являются главной формами достоверного познания. Противостоит рационализму. Основной принцип С. - «нет ничего в разуме, чего не было бы в чувствах».

Синергетика (от греч. synergeia – сотрудничество, содружество) - научно-философская теория о самоорганизации в природе и обществе как открытых системах. Предметом С. являются механизмы спонтанного образования и сохранения сложных систем, особенно находящихся в отношении устойчивого неравновесия со средой, кризисы и бифуркации – неустойчивые фазы существования, предполагающие множественность сценариев дальнейшего развития.

Система (от греч. systema – составленное из частей, соединенное) - множество взаимосвязанных элементов, образующее единое целое. В частности, технической С. называется совокупность упорядоченно взаимодействующих искусственных элементов, обладающая свойствами, не сводящимися к свойствам отдельных элементов, и предназначенная для выполнения определенных полезных функций.

Сознание - высшая форма психического отражения, свойственная общественно развитому человеку и связанная с речью человеческая способность воспроизведения действительности в мышлении.

Социальный институт - устойчивый способ и форма организации совместной деятельности людей, посредством которых реализуются их общие потребности и интересы.

Способ производства - исторически определенный способ добывания материальных благ. Является единством двух неразрывно связанных сторон: 1) производительных сил – системы субъективных (человек, наука) и вещественных (средства производства) элементов, выражающих активное отношение к природе; 2) производственных отношений – совокупности материальных экономических отношений в процессе производства.

Сфера общественной жизни - подсистема общества, охватывающая ряд сходных по содержанию общественных отношений и социальных институтов, связанных с удовлетворением близких потребностей. Выделяют материально-производственную (экономическую), социальную (гуманитарную), политико-правовую и духовную (культурную) С.о.ж.

Сциентизм (от лат. scientia и англ. science – знание, наука) - направление в философии, абсолютизирующее положительное значение науки в материальной и духовной деятельности человечества. Противоположностью С. выступает антисциентизм.

Творчество - процесс человеческой деятельности, создающий качественно новые материальные и духовные ценности и итог этой деятельности.

Теория (от греч. theoria – рассмотрение, исследование) - система знаний, обладающая предсказательной силой в отношении какого-либо явления. Научная Т. является наиболее развитой формой организации научного знания, дающей целостное представление о закономерностях и существенных связях изучаемой области действительности.

Научно - технический прогресс и жизнедеятельность людей.

Приближаясь к рубежу XX и XXI в.в. человечество подвергает анализу и переоценке многое из того, что определяло его развитие на протяжении последних десятилетий завершающегося столетия. Что должно быть взято в новый век и новое тысячелетие, а что надо отбросить, что нуждается в изменениях или переориентации ценностей.

Никогда еще человечество не находилось столь близко к роковой черте, и вопрос - быть или не быть? - никогда не звучал так буквально, как последнее предостережение разуму людей и в то же время как испытание их способности преодолеть накапливающиеся трудности мирового порядка. Наука и техника, научно - технический прогресс, будучи величайшими достижениями современности являются наиболее конкретизированным выражением человеческого разума, а значит, вместе с ним такому испытанию подвергаются и они.

Что же произошло здесь в XX веке и в каком положении оказалась наука и техника сегодня, что сулят они и чем угрожают народам в грядущем? Это уже вопросы конкретные, практические неизбежно приобретающие политическое звучание.

Еще сравнительно недавно - всего полвека назад наука функционировала как бы с процессами, которые развивались в сфере производства, не затрагивая общественные основы жизнедеятельности людей. Несмотря на отдельные блестящие достижения естествознания, научные исследования в глазах многих оставались занятием важности которого можно было отдавать должное, но которое нельзя было в широких масштабах включать в сферу деловых интересов. Соответственно и деятельность ученых продолжала восприниматься традиционно - лишь как непонятный широким кругам труд одиночек, занятых созерцанием явлений природы. Положение изменилось после того, как в Лос-Аламо было взорвано первое ядерное устройство. Стало очевидным, что даже самые абстрактные разделы науки имеют тесную связь с социально-экономической жизнью, с политикой.

Однако невиданное ранее непосредственное влияние науки на дела людей обнаруживается, разумеется, не только в том, что от военного применения ее открытым оказался вопрос жизни или смерти человечества; голос ее слышен общественности не только через атомные взрывы. Непосредственно характер этого влияния дает о себе знать в сфере созидания, в повседневной жизни населения. Какие это будет иметь последствия для самого человека и общества, в котором мы живем, и какие реальные, не требующие отлагательства социальные и человеческие проблемы возникают в связи с этим сегодня. Если попытаться коротко ответить на поставленные вопросы и определить тем самым главную социальную проблему, то ответ может звучать так: чем выше уровень технологии производства и всей человеческой деятельности, тем выше должна быть степень развития общества, самого человека в их взаимодействии с природой.

Подобный вывод был сделан давно: выявлена глубокая взаимосвязь развития науки и техники и социальных преобразований, а также развития человека, его культуры включая отношение к природе. Что же нового вносит новый тип развития наукии техники? Он до предела обостряет возникшие здесь проблемы, требуя именно высокого соприкосновения: новой технологии с обществом, человеком, природой, причем это становится уже не только жизненной необходимостью, но и непременным условием как эффективного применения этой технологии, так и самого существования общества, человека, природы. Эта проблема имеет широкое значение в современных условиях так как от того, как она решается, зависит построение стратегии научно-технического прогресса как силы, которая может либо угрожать, либо способствовать развитию человека и цивилизации. И здесь на пути осознания гуманистической направленности науки оказываются идолы технократизма.

Есть определенная логика в том, какие именно принципы выдвигаются в данный момент на передний план, что им противостоит реально, а что в качестве мнимой альтернативы. Логика эта определяется объективными и субъективными факторами общественного развития в их связи с прогрессом и технологией.

Сложившуюся ситуацию коротко можно охарактеризовать следующим образом. Предельная напряженность мысли человеческой, сконцентрированная в современной науке, как бы пришла в соприкосновение со своим "антимиром" - с извращающей силой антигуманных общественных отношений, с отчужденной от подлинной науки сферой ложного сознания,стремящегося быть массовым и казалось бы, результат может быть только один - общественный взрыв. Но он не происходит, или во всяком случае, выражается хотя и в достаточно резких, но ограниченных формах. Дело обстоит так, во-первых потому, что специализация науки зашла слишком далеко, чтобы любое соприкосновение со сферой отчужденного массового сознания могло затронуть глубинные, так сказать сущностные силы науки; во-вторых, потому, что появились тенденции несущие "успокаивающий эффект" и среди них не последнюю (если не первую) роль играют те материальные блага, которые оказались непосредственным образом связаны с успехами науки и техники и ощутимо повлияли на рост общественного массового потребления.

Эти последние тенденции не замедлили оформиться, если не теоретически, то, во всяком случае идеологически - в соответствующих технократических концепциях, которые абсолютизируют значение науки и техники в жизни общества, утверждая что они преобразуют его непосредственно и прямо минуя социальные факторы.

В 1949 г. вышла в свет книга Ж.Фурастье "Великая надежда XX века", ставшая знаменем буржуазно-реформистского технократизма. По мнению Фурастье, интенсивное техническое и научное развитие открывают перед человечеством возможность эволюции в сторону создания так называемого "научного общества", избавленного от бремени политических, социальных, религиозных и прочих антагонизмов. Наука и техника в этом грядущем обществе станут основой жизнедеятельности не только социального организма как целого, но в равной мере и отдельных индивидов, входящих в состав этого целого. " Компьютерная утопия", предложенная Фурастье, была оценена как "Величайшая надежда XX века". В более поздних своих работах французский автор утверждает, что задача науки заключается в том, чтобы сделать невозможным существование устаревшей системы ценностей и поставить фундамент для новой, а это, полагае он будет связано с возникновением новой космической религии, которая явится целительным началом, пронизывающим всю ткань грядущего "научного общества". Эту реконструкцию совершают, по Фурастье, приверженцы науки, точнее, теологи, "проникнутые научно-экспериментальным духом и знакомые с величайшими достижениями науки".

Таков неожиданный на первый взгляд итог рассуждений Ж. Фурастье, закономерный для технократического мышления. Фурастье был один из первых, кто привлек внимание мировой общественности к современным проблемам, называемыми глобальными, в том числе и к проблеме человека и его будущего в связи с процессами развития науки и техники. Однако в случае с Фурастье ярко видна закономерность перехода технократического мышления от неумеренного оптимизма к пессимизму, от переувеличенной надежды - к разочарованию, от абсолютизации науки - к сомнению в ее возможностях и даже к религиозной вере.

Взгляды Ж.Фурастье являются своеобразным истоком многих других технократических воззрений. В этом легло можно убедиться, обратившись к образцам технократического мышления, представленным, в частности, в труда американского социолога Д.Белла, который говорит о грядущем "новом обществе", построенном структурно и функционально в прямой зависимости от науки и техники. Д.Белл, полагает, что в этом, как он его назвал, постиндустриальном обществе определяющими оказываются в конечном счете разные виды используемого в экономике научного знания и поэтому главной проблемой становится организация науки. В соответствии с этим "постиндустриальное общество" по Беллу, характеризуется новой социальной структурой, базирующейся не на отношениях собственности, а на знании и квалификации. В книге "Культурные противоречия капитализма" - провозглашенные ранее идеи Белл доводит до разрыва между экономикой и культурой в соответствии с концепцией "разобщенности сфер".

Имеется немало сторонников линии "технократического мышления", которые считают, что воздействие науки и техники на человека и общество, особенно в наиболее развитых странах мира, становится сильным источником современных перемен. Так, З.Бжезинский в своей книге "Между двумя веками" утверждает, что постиндустриальное общество становится технотронным обществом в результате непосредственного влияния техники и электроники на разные стороны жизни общества, его нравы, социальную структуру и духовные ценности. Хотя З.Бжезинский, как и многие другие стороники технократических идей, постоянно говорил о социальных изменениях, имеющих глобальный характер, на деле ссылки на развитие науки и техники используются им лишь для того, чтобы доказать способность общества сохранить себя в условиях происходящих в мире перемен.

Технократические тенденции весь отчетливое развитие получили у Г.Кана и У.Брауна: "Следующие 200 лет. Сценарий для Америки и всего мира". Затрагивая в ней вопрос о роли и значении науки и техники (являются они силами добра или зла), авторы говорят о "фаустовской сделке" , которая якобы существует между человечеством и наукой и техникой. Обретя могущество с помощью науки и техники, человечество подвергает себя опасности, которая в них заключена. Авторы, однако выспупают против проведения политики направленной на прекращение или замедление научно-технического прогресса. Напротив, они считают необходимым в отдельных случаях ускорять это развитие, сохраняя осторожность и бдительность с целью предотвращения или уменьшения возможных неблагоприятных последствий. Как полагают авторы, при этом, в будущем, в ходе возникновения в сравнительно полном объеме "супериндустриальной экономики", многосторонняя тенденция развития западной культуры выразится в непрерывном экономическом росте, технологических усовершенствованиях, рационализме и ликвидации предрассудков, наконец, в открытом бесклассовом обществе, где утвердится вера в то, только люди и человеческая жизнь являются абсолютно священными.

В западной философии все в большей степени обнаруживается стремление избежать популяризации технократизма. К.Ясперс отмечает, что в Европе почти исчез прометеевский интерес перед техникой. Отвергая представление о "демонизме" техники, К.Яперс считает, что она направлена на то, чтобы в ходе преобразования трудовой деятельности человека преобразовать и самого человека. Более того, по его мнению, вся дальнейшая судьба человека зависит от того способа, посредством которого он подчинит себе последствия научно-технического развития. По Ясперу "техника- только средство, сама по себе она не хороша. Все зависит от того что из нее сделает человек, чему она служит, в какие условия он ее ставит. Весь вопрос в том, что за человек подчинит ее себе, каким проявит он себя с ее помощью. Техника не зависит от того, что может быть ею достигнуто, она лишь игрушка в руках человека.

К.Ясперс сформулировал ясную программу, которая в особенности касается новой техники, способной коренным образом изменить структуру человеческой деятельности. Использование "высоких технологий" создает принципиально новую ситуацию в сфере производства, быта, отдыха, во многом меняет мировоззрение и психологию людей.

Обращаясь к социальным проблемам, возникающим всвязи с применением новой технологии, английские исследователи - член Национального совета по экономическому развитию Я.Бенсон и социолог Дж.Мойд считают, что "быстрые технологические измемения, развертывающиеся в условиях свободного рынка, влекут за собой чрезмерные экономические, социальные, личностные издержки со стороны той части общества, которая менее всего в состоянии их выдержать".

Последствия научно-технического прогресса породили в свое время на Западе различные технократические теории. Их суть сводилась к идее о том, что всеобщая технизация жизни способна решить все социальные проблемы. Широкое распротранение получила концепция "постиндустриального" общества (Д.Белл и другие), согласно которой обществом станут управлять организаторы науки и техники (менеджеры), а определяющим фактором развития общественной жизни станут научные центры. Ошибочность ее основных положений заключается в абсолютизации, гипертрофировании роли науки и техники в оществе, в неправомерном переносе организаторских функций из одной, узкой сферы на все общество в целом; тут происходит замена целого оной из ее составных частей. Ни техника, ни наука сами по себе не в состоянии решать сложные политические проблемы. Не надо забывать и о том, что техника составляет лишь часть производительных сил, притом не самую главную. Человек, как главная производительная сила общества совершенно выпал из поля зрения сторонников данной концепции. В этом и есть ее главное заблуждение.

В последние годы получили распространение и прямо противоположные концепции технофобии, то есть страха перед всепроникающей и всепоглощающей сило техники. Человек ощущает себя беспомощной игрушкой в "железных тисках" научно-технического прогресса. С этой точки зрения научно-технический прогресс принимает такие масштабы, что грозит выйти из под контроля общества и стать грозной разрушительной силой цивилизации, способной нанести непоправимый вред природе, как среде обитания человека и самому человеку. Безусловно, это вызывает тревогу всего человечества, но не должно принимать характера неотвратимой роковой силы, ибо тем самым невольно умаляется значение разумных начал, присущих самому человечеству.

Рассмотрим особенности традиционных и техногенных цивилизаций. Известный философ и историк А.Тойнби выделил и описал 21 цивилизацию. Все они могут быть разделены на два больших класса, соответственно типам цивилизационного прогресса – на традиционные и техногенные цивилизации. В силу близости последних мы будем говорить о техногенной цивилизации в единственном числе – как о современной западной технологической цивилизации. В интересующем нас отношении в целях удобства будем использовать термины «цивилизация» и «общество» как синонимы. Техногенная цивилизация (общество) является довольно поздним продуктом человеческой истории. Долгое время эта история протекала как взаимодействие традиционных обществ. Лишь в XV–ХVII столетиях в европейском регионе сформировался особый тип развития, связанный с появлением техногенных обществ, их последующей экспансией на остальной мир и изменением под их влиянием традиционных обществ. Некоторые из этих традиционных обществ были просто-напросто поглощены техногенной цивилизацией; пройдя через этапы модернизации, они превращались затем в типичные техногенные общества. Другие, испытав на себе прививки западной технологии и культуры, тем не менее сохраняли многие традиционные черты, превратившись в своего рода гибридные образования.

Сравнительный анализ традиционной и техногенной цивилизаций (или обществ) проведем, опираясь на исследование В.С. Степина в книге «Теоретическое знание» (М., 2000). Различия между ними носят радикальный характер. Традиционные общества характеризуются замедленными темпами социальных изменений. Конечно, в них также возникают инновации как в сфере производства, так и в сфере регуляции социальных отношений, но прогресс идет очень медленно по сравнению со сроками жизни индивидов и даже поколений. В традиционных обществах может смениться несколько поколений людей, заставая одни и те же структуры общественной жизни, воспроизводя их и передавая следующему поколению. Виды деятельности, их средства и цели могут столетиями существовать в качестве устойчивых стереотипов. Соответственно в культуре этих обществ приоритет отдается традициям, образцам и нормам, аккумулирующим опыт предков, канонизированным стилям мышления. Инновационная деятельность отнюдь не воспринимается здесь как высшая ценность, напротив, она имеет ограничения и допустима лишь в рамках веками апробированных традиций. Древняя Индия и Китай, Древний Египет, государства мусульманского Востока эпохи Средневековья и т.д. – все это традиционные общества. Этот тип социальной организации сохранился и до наших дней: многие государства третьего мира сохраняют черты традиционного общества, хотя их столкновение с современной западной (техногенной) цивилизацией рано или поздно приводит к радикальным трансформациям традиционной культуры и образа жизни.

Что же касается техногенной цивилизации, которую часто обозначают расплывчатым понятием “западная цивилизация”, имея в виду регион ее возникновения, то это особый тип социального развития и особый тип цивилизации, определяющие признаки которого в известной степени противоположны характеристикам традиционных обществ. Когда техногенная цивилизация сформировалась в относительно зрелом виде, то темп социальных изменений стал возрастать с огромной скоростью. Можно сказать, что экстенсивное развитие истории здесь заменяется интенсивным; пространственное существование – временным. Резервы роста изыскиваются уже не путем расширения культурных зон, а за счет перестройки самих оснований прежних способов жизнедеятельности и формирования принципиально новых возможностей. Самое главное и действительно эпохальное, всемирно-историческое изменение, связанное с переходом от традиционного общества к техногенной цивилизации, состоит в возникновении новой системы ценностей . Ценностью считается сама инновация, оригинальность, вообще новое (в известном смысле символом техногенного общества может считаться книга рекордов Гиннеса в отличие, скажем, от семи чудес света – книга Гиннеса наглядно свидетельствует, что каждый индивид может стать единственным в своем роде, достичь чего-то необычного, и она же как бы призывает к этому; семь чудес света, напротив, призваны были подчеркнуть завершенность мира и показать, что все грандиозное, действительно необычное уже свершилось).

Техногенная цивилизация началась задолго до компьютеров, и даже задолго до паровой машины. Ее предпосылки были заложены двумя первыми культурно-историческими типами рациональности – античным и средневековым. С XVII века начинается собственное развитие техногенной цивилизации. Она проходит три стадии: сначала – прединдустриальную, потом – индустриальную и наконец – постиндустриальную. Важнейшей основой ее жизнедеятельности становится прежде всего развитие техники, технологии, причем не только путем стихийно протекающих инноваций в сфере самого производства, но и за счет генерации все новых научных знаний и их внедрения в технико-технологические процессы. Так возникает тип развития, основанный на ускоряющемся изменении природной среды, предметного мира, в котором живет человек. Изменение этого мира приводит к активным трансформациям социальных связей людей. В техногенной цивилизации научно-технический прогресс постоянно меняет способы общения, формы коммуникации людей, типы личности и образ жизни. В результате возникает отчетливо выраженная направленность прогресса с ориентацией на будущее. Для культуры техногенных обществ характерно представление о необратимом историческом времени, которое течет от прошлого через настоящее в будущее. Отметим для сравнения, что в большинстве традиционных культур доминировали иные понимания: время чаще всего воспринималось как циклическое, когда мир периодически возвращается к исходному состоянию. В традиционных культурах считалось, что “золотой век “ уже пройден, он позади, в далеком прошлом. Герои прошлого создали образцы поступков и действий, которым следует подражать. В культуре техногенных обществ иная ориентация. В них идея социального прогресса стимулирует ожидание перемен и движение к будущему, а будущее полагается как рост цивилизационных завоеваний, обеспечивающих все более счастливое мироустройство.

Данный тип цивилизации существует чуть более 300 лет, но он оказался весьма динамичным, подвижным и очень агрессивным: он подавляет, подчиняет себе, переворачивает, втягивая в орбиту своего влияния традиционные общества и их культуры, – это мы видим повсеместно, и сегодня этот процесс идет по всему миру. Такое активное взаимодействие техногенной цивилизации и традиционных обществ, как правило, оказывается столкновением, которое приводит к гибели последних, к уничтожению многих культурных традиций, по существу, к гибели этих культур как самобытных целостностей. Традиционные культуры не только оттесняются на периферию, но и радикально трансформируются при вступлении традиционных обществ на путь модернизации и техногенного развития. Чаще всего эти культуры сохраняются только фрагментарно, в качестве исторических рудиментов. Так произошло и происходит с традиционными культурами восточных стран, осуществивших индустриальное развитие; то же можно сказать и о народах Южной Америки, Африки, вставших на путь модернизации, – везде культурная матрица техногенной цивилизации трансформирует традиционные культуры, преобразуя их смысложизненные установки, заменяя их новыми мировоззренческими доминантами.

Техногенная цивилизация в самом своем бытии определена как общество, постоянно изменяющее свои основания . Поэтому в ее культуре активно поддерживается и ценится постоянная генерация новых образцов, идей, концепций, или инновации . Лишь некоторые из них могут реализовываться в сегодняшней действительности, а остальные предстают как возможные программы будущей жизнедеятельности, адресованные грядущим поколениям. В культуре техногенных обществ всегда можно обнаружить идеи и ценностные ориентации, альтернативные доминирующим ценностям. Но в реальной жизнедеятельности общества они могут не играть определяющей роли, оставаясь как бы на периферии общественного сознания и не приводя в движение массы людей.

В основе современного развития техногенной цивилизации лежит развитие технологий. Выделим вслед за Д. Вигом основные смыслы понятия «технология».

1) Совокупность технического знания , правил и понятий.

2) Практика инженерных профессий , включая нормы, условия и предпосылки применения технического знания.

3) Технические средства, инструменты и изделия (собственно техника).

4) Организация и интеграция технического персонала и процессов в крупномасштабные системы (индустриальные, военные, коммуникационные и т.п.).

5) Социальные условия , которые характеризуют качество социальной жизни как результата накопления технической деятельности.

Россия (точнее, Советский Союз) в ХХ в. прошла модернизационный период развития и вошла в число техногенных обществ. В 80-х гг. ХХ в. было две страны, способных произвести любой продукт, – СССР и США. Но модернизация в СССР не дошла до высоких технологий (HiTech), что связывают с высокими ценами на нефть, недостачей продуктов питания, кредитами Брежнева и Горбачева, развалом СССР, проблемами 90-х гг.

Какова роль образования в обществе высоких технологий? Из этого краткого анализа видно, что научное образование становится одним из системообразующих факторов техногенной цивилизации, а образованный человек, специалист – основополагающей ее ценностью и ресурсом развития. Причем возрастает ценность как всеобщего базового образования граждан, так и подготовка специалистов с высшим образованием.

Литература:

2. Кашперский В.И.

3. Котенко В.П. История и философия технической реальности / В.П. Котенко.– М.: Трикста, 2009.

4. Попкова Н .В. Философия техносферы / Н.В. Попкова; 2-е изд. – М. : ЛИБРОКОМ, 2009. – Главы 1, 4, 5. – С. 7-77, 206-336.

5. Шитиков М.М. Философия техники. – Екатеринбург, 2010.

Тема 2. Глобальные проблемы современности и гуманитарные последствия научно-технического прогресса

Ключевые слова: глобальные проблемы современности, ответственность человека за сохранение мира на планете, сохранение природы, сохранение себя и своего человеческого начала

Анализируя неумеренный оптимизм технократического истолкования перспектив научно-технического развития человечества, мы уже говорили о расхождении прокламируемого и действительного хода событий: о расширении поля действия катастроф, неудачах ряда крупных научно-технических проектов, отчуждении личности и упрощенном характере мышления. Нам не следует в то же время впадать в иллюзию тотальной обреченности, зависимости от техники и технологий. Логика обреченности строится на утверждениях, что мы уже живем в рамках картин мира, диктуемых отчуждением: традиционные представления об истинности знания следует-де считать анахронизмом, человечество живет в инженерно-сконструированном мире, эксперимент в науке уже не есть проверка на истинность, а скорее испытание технической конструкции, под которую подгоняются научные идеализации (вспомним неклассические концепции истины).

Глобальные проблемы существуют, но еще ни разу человеческому сообществу на Земле не удавалось договориться относительно совместных усилий по их решению. Обычно их группируют вокруг проблем: 1) войны и мира, угрозы тотального взаимоуничтожения людей; 2) взаимоотношения человека и природы (рост народонаселения – в октябре 2011 г., по данным ЮНЕСКО, человечество перешло грань в 7 млрд. чел.; истощение ресурсов; ухудшение экологических условий существования и ряд других подпроблем); 3) самоотчуждение человека, утрата им собственной идентичности (кризис европейского гуманизма, проблемы свободы; нерешенность в мире проблем соотношения личного и общественного, или государственного, или национального, или этнического, религиозного и др. групповых начал; нарастание в техногенных обществах стрессов, катастрофического мышления, неудовлетворенностью жизненными перспективами и др.).

Именно неспособность решить эти проблемы является причиной, точнее, определяет множество причин кризиса классического идеала рациональности. Подробный анализ этого идеала, его слабости в сравнении с неклассическим мы проводим в другом месте. Здесь же необходимо сказать об условиях возможности решения вышеназванных глобальных проблем.

1. Глобализация с сохранением культурного разнообразия, ограничения роста (Римский клуб), изменения принципов политического и экономического взаимодействия народов. Альтернатива – сценарий Хантингтона либо ядерный апокалипсис.

2. Тот же Римский клуб, коэволюция, ноосфера. По «Пределам роста» Мэдоуза – схема соотношения народонаселения и обеспеченности ресурсами. Изменение экологической горизонтали в пирамиду, трансформация в соотношении наук (естественнонаучного, инженерного и гуманитарного знания).

3. Первые два условия подводят к третьему как условию самоизменения человека. Не принудительному выращиванию нового человека (например, коммунистический эксперимент), а основанной на уважении к свободной воле последовательной трансформации ценностей, целей. Интересов, в конечном итоге – качеств людей. Многие считают такую возможность спорной (см.: Печчеи А. Человеческие качества. М., 1985).

Решение каждой из проблем предполагает формирование нового культурно-исторического типа рациональности. Но сложность в том, что заметных усилий в этом направлении не предпринимается ни со стороны научного сообщества, ни тем более со стороны власти, а время необратимо, как необратимы и возможности каких-либо изменений.

Некоторые философы, ученые и политические деятели высказывают в последние десятилетия мысль о возможности преодоления кризиса рациональности посредством сближения науки и религии . В духе этой идеи в нашей стране активно внедряется концепция введения религиозных курсов в школьное образование. В научной среде сторонники сближения приводят следующие аргументы.

Классическое научное понимание ориентируется на идеалы естественных наук. Это означает ориентацию на извлечение из научных текстов закрепленного в них объективного и вневременного смысла. Иначе говоря, ученый классического типа верит или хочет верить в то, что в языке науки зафиксирована информация об объективной реальности, которая не зависит от деятельности и сознания ни самого ученого, ни человечества в целом и в пределе носит абсолютный характер. Поэтому он вырабатывает логико-математические и эмпирические способы достижения беспристрастия и «незаинтересованности», отвлечения от своей причастности к познанию, добавляя к этому уверенность в принципиальной доступности для разума и познаваемости любых объектов.

В отличие от сказанного, знание божественного, утверждают сторонники сближения науки с религией, не является отвлеченным и объективным, полнота бытия не может быть объектом для исследования. Постижимость осуществляется через страсть, страстный интерес к божественному и желание стать причастным ему (вспомним «познание сердцем» из л.7). Объективное как всеобщее подчинено личному (экзистенциальному) смыслу. Божественное знание – дарованная откровением благодать. Иначе говоря, язык религии воплощает в себе то, что недоступно науке: не столько «объективные знания», сколько «экзистенциальные смыслы». Его высказывания – не гносеологические, а аксиологические, ценностные, относящиеся к тому, что полагается для нас, людей, недостижимым (трансцендентным), но составляет жизненно важные смыслы существования человека.

Как относиться к этим доводам? В них действительно фиксируется кризис классического идеала рациональности, «прометеевского» типа мышления, допущения неограниченного внешнего преобразования природы, включая природу самого человека. Как говорит ап. Павел, первым и наиважнейшим Храмом Господа на Земле является сам человек. «Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог; ибо храм божий свят; а этот храм – вы» (1 Кор. 3 – 17). Отсюда его вопрошание о мудрости человеческой: «Где мудрец? Где книжник? Где совопросник века сего? Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие?» (там же, 1-20).

Нужно сказать, что многие из великих ученых ХХ в. поддерживали идею дополнительности научного знания и религиозной веры. М. Планк говорит об этом достаточно прямо: «Когда религия и наука исповедуют веру в Бога, первая ставит Бога в начале, а вторая в конце всех мыслей. Религия и наука нисколько не исключают друг друга». Более осторожен, но в целом солидарен с этой позицией выдвинувший красоту теории в число критериев научности А. Эйнштейн. «Человек, который потерял способность удивляться и благоговеть, – мертв, – говорит Эйнштейн. – Знать, что существует сокрытая Реальность, которая открывается нам как высшая Красота, знать и ощущать это – вот ядро истинной религиозности».

Нам представляется, в дискуссии о соотношении научного и религиозного знания в ХХI веке находит выражение антропологизация научных знаний. Мы все больше понимаем, что мир вокруг нас, земной мир современности, и мы сами в нем – продукты собственных качеств. К этому мы вернемся в следующей лекции. Здесь же необходимо зафиксировать нашу принципиальную позицию в вопросе о соотношении науки и религии. В этом мы солидарны с акад. В. Гинзбургом. Наука должна продолжить свое развитие без синтеза с религией. Тот, кто забывает о том, что у нас светское государство, светское образование, не понимает значения науки в современном мире. Наука и образование должны сохранить светский и интернациональный характер (См.: Интервью газете «Известия». 17.02.2006. С. 5).

Литература:

1. Введение в философию: Учеб. пособие для вузов / авт. колл.: И.Т. Фролов и др.; 4-е изд., перераб. и доп. – М. : Культурная революция, Республика, 2007. – Раздел II. Главы 8, 9. – С. 485-537.

2. Кашперский В.И. Проблемы философии науки: учеб. пособие / В.И. Кашперский. – Екатеринбург: УГТУ-УПИ, 2007.

Тема 3. Отчужденный характер технического мироотношения. Феномен антропологического кризиса

1. Техническое мироотношение

2. Феномен антропологического кризиса

3. Научно-техническое развитие современного общества: проблемы и перспективы

Ключевые слова: типы мироотношения, техническое отношение человека к миру и его место в структуре мироотношения человека, техническое творчество и общество потребления, субъектность и творчество, ответственность человека в процессе осущенствления технической деятельности, проблема технизации человеческой жизнедеятельности, проблемы и перспективы развития человека и общества

Техническое мироотношение

Исследователи характеризуют технику, как определённый способ взаимодействия человека с миром. Техническое отношение – отношение, опосредованное неким алгоритмом, имеющим ту или иную форму выражения в культуре. О. Шпенглер говорит нам, что суть техники не в орудии, а в действовании с ним. Есть внеорудийные техники: техника конспектирования лекций, например. Алгоритм действий – суть техники. Техника – закреплённый (опредмеченный) в культуре способ взаимодействия человека со средой, отношение человека как субъекта к миру как объекту. Основными признаками этого способа являются её практическая направленность и инструментальная опосредованность. Техника рождается как способ отношения между субъектом и объектом. Основной признак техники: характерный способ отношения человека к миру, внутри которого (способа) рождается феномен техники, техническое мироотношение.

Техническое отношение – подраздел практического отношения человека к миру. Техника возникает раньше науки. Если рассматривать технику как практическое мироотношение, она сталкивается с прагматическим отношением и эстетическим. Прагматическое мироотношение ориентировано на результат, это отношения между людьми, оно предполагает использование человека для решения определённых целей и задач. Возникает оно в системах управления, общественных отношений. Прагматическое отношение к миру – это отношение внутри общественных связей, предполагающее использование человеком определённых человеческих ресурсов, своих или чужих.

М.Вебер выделяет четыре основных типа социальных действий: аффективное действие (эмоциональное), традиционное действие (не рационально, не требует рефлексивного отношения, простое повторение), ценностнорациональное (рациональное начало, выбор ценностей), целерациональное действие (выбор цели, продумывание средств и т.п.). Техническое мироотношение построено на целерациональных действиях. А ценностнорациональное связано с эстетическим мироотношением. Техническое мироотношение ориентировано на получение практического результата, работает в плоскости создания искусственной орудийной реальности и алгоритмов действия.

В отличие от художественной техническая реальность не просто искусственная, она создана для достижения определённых целей. Вообще реальность – это то, о чём идёт речь, сложившееся положение дел. Техническая реальность – мир человека в его техническом измерении. Виртуальная реальность – один из её подвидов. Техническая реальность – достаточно поздний феномен культуры, в которой техника дошла в своём развитии до такой степени, что может своими связями спеленать весь окружающий мир – мир, в котором техническое мироотношение человека доминирует над всеми другими типами мироотношения.

Техническая реальность рождается там, где техническое мироотношение становится близким к доминирующему, когда орудия вокруг нас – не дополнение, а составные части той системы, которую мы называем технической реальностью. Теперь уже не техника включена в жизнь человека, а человек включен в мир техники. Такая включённость человека в мир техники это не физический факт, а факт мировоззренческий. Когда всё, что нас окружает, нужно, чтобы реализовывать те или иные способы достижения целей, реализовывать или отвечать тем или иным потребностям, тогда мы говорим, что техническая реальность – тот мир, в котором мы живём.

Доминирование технического мироотношения ставит под угрозу факт существования человека. Техническая деятельность – практическая деятельность человека, которая реализуется внутри технической реальности. Предполагает наличие субъекта, объекта деятельности и того орудия и алгоритма, которые опосредуют это техническое отношение. В орудии человека заключены его знания и опыт. Интеграция знания и опыта в орудии позволяет частично замещать деятеля. Техника – своеобразный субъект-объект, орудие, инструмент, которому человек делегирует часть своих функций. При этом в орудии, которое мы называем материальным носителем техники, идеально соединяются воля и знания человека. Алгоритм деятельности воплощён на уровне возможности его реализации. Технический объект содержит в себе как материальную природу, так и идеальную субстанцию человеческой культуры.